Пенсия: маленькая и нехорошая

Как Татьяна Голикова подставила Владимира Путина

Правительство дало задний ход. Впрочем, не на полную, как от него ожидали, мощь. Разорительные для бизнеса 34% страховых платежей решили снизить не до прошлогоднего уровня — 26%, как это, между прочим, потребовал в марте этого года президент, а всего лишь до 30% (20% для неторгового малого бизнеса). В результате все остались недовольны. Разоряться будут все — и бюджет, и предприниматели, и пенсионеры. И только зачинщик резкого роста пенсий в 2009—2010 годах — Министерство здравоохранения и социального развития — остался в стороне. Хотя именно его, как уверены независимые эксперты, неверные расчеты и привели к масштабному и долговременному пенсионному кризису.

Бюджет всех пенсионеров уже не вынесет

С каждым годом госказне приходится все больше и больше отстегивать “на пенсионеров”. Согласно проекту федерального бюджета на 2012–2014 годы, в следующем году Пенсионный фонд России (ПФР) получит 2,621 трлн. руб., в 2013 г. — 2,857 трлн. руб., а в 2014-м общий объем трансфертов составит 3,150 трлн. рублей. Это в среднем четверть всей расходной части годового федерального бюджета. При этом в рамках пенсионных трансфертов приходится все в большей мере погашать дефицит ПФР — в 2014 году он перехлестнет 1,3 трлн. рублей.

В дальнейшем ситуация будет только ухудшаться. Дело в том, что нынешние пенсионеры, а также те, кто скоро к ним присоединится, получают деньги фактически из зарплат более молодых поколений. По расчетам экспертов, из 26% пенсионных отчислений из фонда заработной платы (еще 8% идет в фонды медицинского и социального страхования) не менее 10%, по сути, является пенсионным налогом. Оставшиеся 16% — это страховая и накопительная части будущей пенсии (6%). Но страховая часть также тратится на нынешних пенсионеров прямо сейчас. Просто государство как бы обязуется возместить ее будущему пенсионеру. Данная модель пенсионной системы называется солидарно-страховой. В любом случае она требует нарастающих поступлений денежных средств в Пенсионный фонд. Но это работает только в обществе, где работающих как минимум в два раза больше пенсионеров. Но в стареющей России начиная с 2020 года все будет ровно наоборот.

Поэтому пенсионная система в ее нынешнем виде просто рушится, требуя с каждым годом все больше и больше денег на затыкание финансовой дыры. Конечно, можно в пенсионном тупике обвинять исключительно советскую пенсионную систему, построенную исключительно на солидарном принципе — стариков кормили молодые (как это на семейном уровне до сих пор принято в Китае, не имеющем вообще современной пенсионной системы). Бывший СССР, несмотря на большие потери в ходе Великой Отечественной войны, мог себе это позволить, так как долгое время оставался молодой страной. Эта система продержалась до 2002 года — до реформы по Михаилу Зурабову, приведшей как раз к смешанной модели — солидарно-страховой. Но из нее, во-первых, исключили всех, кто родился до 1967 года включительно. Вернее, всем, кто родился раньше этого года, не дали наращивать накопительную часть. Во-вторых, более молодые будущие пенсионеры все же накопили 1 трлн рублей. Но их нельзя передать нынешним пенсионерам, чтобы заткнуть дыру в бюджете ПФР. Минздравсоцразвития было бы не против это сделать, выведя вообще накопительную часть из государственной системы обязательного пенсионного страхования. Но ему этого пока не разрешают.

Устойчивость пенсионной системы измеряется в рамках 50 лет. Однако, учитывая крайне низкий средний размер пенсий в России (с маленького ВВП много не заплатишь), в период глобального финансового кризиса политическое руководство решило их резко — в 1,5 раза за два года — увеличить. В принципе решение необходимое — пенсионеры не паникуют, к тому же поддерживается на плаву сокращающийся спрос.

Но где взять средства?

Деду дали — у внука отобрали

И вот здесь ведомство Татьяны Голиковой и подвело премьера Владимира Путина. Оно представило неверные расчеты. Президент Центра стратегических разработок, бывший первый замминистра экономического развития и один из авторов пенсионной реформы образца 2002 года Михаил Дмитриев считает, что Минздравсоцразвития просто переоценило возможности бюджета и ПФР и федерального финансирования повышенных за два года пенсий. В результате, как полагает известный специалист в этой области, рост пенсий в прошлом году составил в реальном выражении всего лишь 35%, а не 50%. В интервью “Коммерсанту” он заявил: “Это их ошибка, во многом связанная с некорректными расчетами размеров обязательств, и теперь для ее устранения предлагается столкнуть два поколения: за счет накоплений нынешних работников профинансировать пенсии нынешних пенсионеров, не задумываясь, что будет потом”.

Иными словами, деду дали, а у внука отобрали. Данные Росстата свидетельствуют, что в I квартале этого года в два раза по сравнению с аналогичным периодом прошлого года упал темп роста зарплат — до 1,5%. Эксперты в один голос утверждают, что предприятия опять стали уходить в массовом порядке в тень. Хотя, по разным оценкам, там и так уже находится 13 млн. работников. А часть предприятий просто закрылась — по данным “Деловой России”, до 3%. К тому же в первом полугодии продолжилось бегство капиталов — более $30 млрд. И все это последствия ухудшения инвестклимата, произошедшего, в свою очередь, из-за неверных расчетов Минздравсоцразвития.

“Была совершена, конечно, практически непоправимая ошибка, когда взносы повысили до 34%”, — считает член правления Института современного развития Евгений Гонтмахер.

Кстати, министр финансов Алексей Кудрин также в прошлом году сомневался в точности расчетов Минздравсоцразвития. И при этом предлагал хотя бы не повышать в 2011 году на 2% взносы в Фонд обязательного медицинского страхования. Тогда бы общая ставка страховых взносов не превысила 32%. Но Путин решил иначе.

Задний ход

Правительству, как известно, под давлением президента пришлось отыгрывать назад. Правда, не в том масштабе, как необходимо для экономики. Пенсионные взносы с 1 января 2012 года должны быть уменьшены с 26 до 22%. Остальные не тронут. Итого 30%. Для малого неторгового — 20%. Однако это, как признают в Минфине, не является уменьшением долговой нагрузки. Дырку в бюджете-2012 (около 460 млрд. рублей) решили закрыть за счет перераспределения страховых платежей на более высокооплачиваемые категории работников. Сейчас 34% взимаются с годового заработка до 463 тыс. рублей (в 2012-м — 512 тыс. ). Выше — ноль. В 2012-м — 30% с заработка до 512 тыс. Свыше — 10%, в малом бизнесе — 7%. Это означает, что специалисты, получающие в месяц немногим более 40 тыс. рублей (в Москве это средняя зарплата), могут потерять до 10% своей зарплаты. Либо их работодателям придется платить им больше только ради сохранения прежнего уровня достатка. Что-то подсказывает, что далеко не все владельцы средств производства пойдут на этот альтруистический шаг.

Впрочем, могло быть и хуже. Вначале, когда речь шла о снижении всех соцплатежей до 26–28%, то и налоговую нагрузку на приличные зарплаты предлагалось увеличить ровно на столько же.

Бизнес, конечно, недоволен. Ждали все же 26%. По мнению Гонтмахера, бизнес “с горем пополам начал адаптироваться к 34%”. Но даже незначительное снижение взносов дает сигнал — правила игры могут меняться очень быстро. “Теперь бизнес понимает: сейчас отменили, а через год опять навесят”, — говорит Гонтмахер. Дополнительные поборы с высоких зарплат в свою очередь приведут к еще большему уходу бизнеса в тень. “Надо инвестклиматом заниматься, а не обдирать тех, у кого еще осталось”, — уверен член правления Института современного развития.

Но в любом случае это временное решение. В правительстве подчеркивают, что по новым ставкам будут жить лишь до 2014 года. А затем придумают новую пенсионную реформу.

Есть ли жизнь после пенсии

У экспертов есть все основания полагать, что грядущая пенсионная реформа только усугубит уже имеющиеся проблемы. Зам. главы Минздравсоцразвития уже неоднократно высказывал свое видение новой “пенсионной” формулы. При формировании пенсионных прав граждан он предлагает учитывать четыре элемента. Это стажевый коэффициент — от 0,55 до 0,75. Причем 0,55 — это та ставка стажевого коэффициента, которая должна быть установлена при минимально требуемом стаже. Размер стажа пока не установлен, но предполагается, что он будет находиться в пределах 25–30 лет. Стажевый коэффициент будет умножаться на соотношение индивидуального среднего годового заработка и среднего по стране, с учетом последнего для индексации пенсии. Также Минздрав предлагает корректировать размеры фактических пенсий на коэффициент, учитывающий макроэкономическую и демографическую нагрузку на пенсионную систему.

В принципе Минздраву видней. Одно плохо. Разработчик очередной пенсионной реформы от Минздрава зам. Голиковой Юрий Воронин почему-то не указывает, откуда возьмутся деньги, если правительство осенью этого года возьмет на вооружение его вариант. Кстати, когда его спрашивают, как решить проблему страховых взносов, то он отвечает, что это проблема Минфина. Комментарии излишни. Правда, все-таки непонятно, почему в правительстве одни предлагают, как тратить, а другие — как зарабатывать. И ничего потом не сходится.

Впрочем, свои предложения есть у групп экспертов, перерабатывающих стратегию “2020”.

Прежде всего они предлагают отделить льготные профессиональные страховые системы от ПФР. А то, по статистике, большая часть российских мужчин уходит на пенсию в 54–56 лет (слишком у нас работа вредная и опасная). А кроме того, повысить пенсионный возраст до 63 лет и для мужчин, и для женщин. Окончательные предложения будут представлены Путину в августе.

Однако официальные предложения по реформе пенсионной системы не являются единственными. “Деловая Россия” во главе с Борисом Титовым предлагает правительству разделить всю пенсионную систему на две части: солидарную и страховую. Финансирование выплат нынешним пенсионерам, а также тем, кто вскоре готовится выйти на пенсию (родившимся до 1967 года включительно), государство должно взять на себя. Для этого должен существовать фонд текущих пенсий, который не зависит от взносов работодателей. Пополнять его “ДР” планирует за счет повышения налогов для нефтегазового сектора и на табак и алкоголь. Туда же можно направлять часть средств от приватизации госсобственности. А работодатели должны платить только в фонд пенсий будущих. Бизнес-организация полагает, что таким образом ставка взносов может уменьшиться до 24%, а впоследствии и до 19%.

Президент Центра стратегических разработок Михаил Дмитриев тоже имеет свой вариант пенсионной реформы. По его задумке, страховые взносы в Пенсионный фонд с нынешних 26% можно уменьшить до 22% (что, собственно, и планирует правительство с 1 января 2012 года), сохранив нулевую ставку для зарплат выше 720 тыс. рублей в год (правительство намерено брать 10% с сумм свыше 512 тыс. ), а дефицит ПФР на ближайшие 20 лет покрывать за счет Фонда национального благосостояния. А всех пенсионеров Дмитриев предлагает разделить на три группы: младше 63 лет, до 73 и старше этого возраста. “Младшим” принципиально важна возможность еще немного поработать, средним — размер пенсии, а самым старшим — социальные гарантии и наличие бесплатных лекарств. Поэтому он предлагает выдавать последним по 100 тыс. рублей в год на амбулаторное лечение, а основные пенсионные выплаты должны приходиться на возраст после 73 лет — до 60% утраченного заработка вместо нынешних 36%.

В конечном итоге ясно, на что рассчитывать будущим российским пенсионерам, никто сейчас не знает. Судя по всему, особо жировать, как европейским и американским коллегам, не придется. И еще — у российской экономики при нынешней пенсионной системе никогда не будет “длинных” денег, так как во всем развитом мире именно пенсионные фонды и являются их основным производителем. Но для этого нужна нормальная, уже работающая в других странах обязательная накопительная пенсионная система. Заработает ли у нас она хотя бы к 2050 году, никому пока не известно.

Эксперты “МК”

Евгений Гонтмахер, член правления Института современного развития:

— Ситуация понятная: Минздравсоцразвития заинтересовано в том, чтобы залатать дыры в бюджете ПФР. На накопительных счетах граждан уже хранится порядка 1 трлн. руб. И эти деньги они хотели бы пустить на выплату нынешних пенсий. А потом — трава не расти. В новой пенсионной формуле вводится привязка к средней заработной плате. То есть получали ли вы больше, чем в среднем по стране, меньше или примерно столько же. Если больше — то все равно на старости вы получите максимум 60% от своей зарплаты, да и то не от всей, а от той суммы, с которой берутся полные страховые взносы — сейчас это 463 тыс. руб. в год, в следующем — 512 тыс. руб. Но главное, там вводится коэффициент, который позволяет правительству фактически в ручном режиме управлять размером пенсий, снижая их под предлогом тяжелой демографической и макроэкономической обстановки. От вас мало зависит, какая у вас будет пенсия. Итог реформы — не модернизация, а госмонополия.

Евсей Гурвич, руководитель Экономической экспертной группы:

— Мне кажется, что правильнее учитывать ожидаемую продолжительность жизни. По прогнозам Росстата, у нас через 20 лет на 7 лет повысится продолжительность жизни мужчин. Естественно, что те же ресурсы придется растягивать на больший период.